Всеукраинская газета
"Русский Мир. Украина".
Электронная версия. В Сети с 2009 г.
 
Поиск по сайту
 
Панель управления
  •      
       
    пїЅ   Русский мир. Украина » Культура » «ЕДИНСТВЕННАЯ ЗА ВСЕ ВРЕМЯ ПРОДУМАННАЯ ВЕЩЬ...»  
     
    «ЕДИНСТВЕННАЯ ЗА ВСЕ ВРЕМЯ ПРОДУМАННАЯ ВЕЩЬ...»
    Раздел: Культура
     
    «ЕДИНСТВЕННАЯ ЗА ВСЕ ВРЕМЯ ПРОДУМАННАЯ ВЕЩЬ...»
    К 125-летию М.А. Булгакова


    «Бывают странные сближения…», – писал Александр Сергеевич Пушкин.

    ...Вновь и вновь перечитывая любимые мною роман Михаила Афанасьевича Булгакова «Белая гвардия», пьесу «Дни Турбиных», всё не могу избавиться от мысли: кто же послужил основным прообразом весьма интересного, пусть второстепенного (?), героя романа – М.С. Шполянского? Богатый образ, неоспоримая удача Булгакова – Михаил Семенович Шполянский! Мыслимое ли дело?! –

    «Соперник» Алексея Турбина, «знаменитый прапорщик, лично получивший в мае 1917 года из рук Александра Федоровича Керенского Георгиевский крест»; «превосходный чтец в клубе “Прах” своих собственных стихов “Капли Сатурна”»; «отличнейший организатор поэтов и председатель городского поэтического ордена “Магнитный Триолет”», «имеющий большие литературные связи» и – не имевший «равных, как оратор». Многоденежный и щедрый: раздавал «взаймы членам “Магнитного Триолета”», пил белое вино, играл в железку, купил картину «Купающаяся венецианка»; ночью жил на Крещатике, утром в кафе «Бильбокэ», днем – в своем уютном номере лучшей гостиницы «Континенталь», вечером – в «Прахе»; на рассвете писал научный труд «Интуитивное у Гоголя». Был одет «в дорогую шубу с бобровым воротником и цилиндр», но потом сменил наряд на «короткий полушубок до колен и на нем смятые защитные погоны», фуражку «блином с офицерской кокардой», гетры и «перчатки с раструбами, как у Марселя в “Гугенотах”». И – вымазанный в машинном масле и «почему-то в саже», способствовал выведению из строя трех из четырех танкеток дивизиона, защищавшего Город от Петлюры. Простейшим способом – засыпанием сахара в горючее! Погиб «смертью храбрых», и… вновь ожил, дабы бороться за власть «Советов рабочих, селянских и казачьих депутатов». «Злой гений жизни» «с глазами змеи» несчастного Ив. Русакова, по его мнению, – «предтеча антихриста», за которым «виден над полями лик сатаны» – Троцкого! Чье «настоящее имя по-еврейски Аваддон, а по гречески Апполион, что значит губитель».

    Но – главное! – он заявил однажды «соратникам»: «Все мерзавцы. И гетман и Петлюра. Но Петлюра, кроме того, еще и погромщик. Самое главное, впрочем, не в этом. Мне стало скучно, потому что я давно не бросал бомб». Рассуждал: «Кто знает, может быть, столкновение Петлюры с гетманом исторически показано, и из этого столкновения должна родиться третья историческая сила и, возможно, единственно правильная» (здесь и ниже курсив мой – Л.В.)

    Роман «Белая гвардия» задуман и начат в 1921 году во Владикавказе. Из одного из писем Булгакова: «Пишу роман, единственная за все время продуманная вещь». Роман очевидца событий 1918-1919 годов в Киеве, более десятка переворотов. И – литературной жизни Киева, принявшего литераторов, музыкантов, артистов «со всей России». Впоследствии, в Москве, он продолжит работу над ним, закончит в 1924 году. В начале января этого же года он познакомился, а затем и женился на Любови Евгеньевне Белозерской, недавно вернувшейся на родину из эмиграции (Константинополь, Париж).

    Виктор Леонидов писал о знакомстве Л.Е. Белозерской «на борту полусгоревшего французского парохода “Дюмон Д’Эрвиль”, отплывавшего из Одессы в январе 1920-го» с некиим Аминадом Петровичем Шполянским: «В городе хозяйничали банды, с разных сторон подходили отряды Добровольческой армии и красноармейцев. Группа русских литераторов и художников, среди которых был и Аминад Петрович Шполянский, более знакомый тысячам читателей как автор, печатавшийся под псевдонимом Дон-Аминадо, каким-то чудом сумела попасть на французское судно, уцелевшее после пожара. Они отплыли в Константинополь».

    Л.Е. Белозерская описала Дон Аминадо: «Небольшой, упитанный, средних лет человек, с округлыми движениями и миловидным лицом, напоминающим мордочку фокстерьера».

    Знал ли Булгаков Дон Аминадо в Киеве? Ответа не знаю. Но – вполне вероятно – знал.

    Всеволод Сахаров вспоминал о «подвале гостиницы “Континенталь” на Николаевской улице», где «разместилось литературное кафе “Хлам” (“Прах” по “Белой гвардии”)», где появлялись литературные знаменитости и «где бывал и Михаил Булгаков, совсем не случайно поместивший здесь своего рокового и демонического Михаила Семеновича Шполянского и возглавляемый им городской поэтический орден “Магнитный триолет”».

    Узнав, что Михаилу Александровичу Шолохову «нравился поэт-эмигрант из Одессы» – Дон Аминадо, я заинтересовалась этим поэтом, прозаиком, сатириком, эпиграммистом – Шполянским Аминадом Петровичем (Аминодав Пейсахович; псевд. Гидальго, Ама, Вероника К., Страшноватенко и др.) Но «зацепил» он меня еще в начале 90-х стихами «Про белого бычка»…

    Дон Аминадо родился 25 апреля 1888 года в Елизаветграде в мещанской семье, окончил Елизаветградскую классическую гимназию, учился на юридическом факультете Новороссийского университета в Одессе, затем – в Киевском университете, юрфак которого и окончил.

    С 1910 года поселился в Москве, занялся адвокатской (помощник присяжного поверенного, 1912-1915 гг.) и писательской деятельностью (сотрудничал в газете «Раннее утро», сатирическом еженедельнике «Новый сатирикон»).

    Участвовал в Первой мировой войне (в 1915 г. ранен и вернулся в Москву), опубликовал свою первую книгу стихов «Песни войны» (1914). Февральскую революцию приветствовал пьесой в стихах «Весна Семнадцатого года», Октябрьской не принял.

    В 1918 году были закрыты все газеты, где он публиковался, после чего он уехал в Киев, сотрудничал там с газетами «Киевская мысль», «Утро», «Вечер», а затем печатался в одесской газете «Современное слово». 20 января 1920 года эмигрировал из Одессы в Константинополь. Вспоминая минуты отъезда, Дон Аминадо писал: «Все молчали. И те, кто оставался внизу на шумной суетливой набережной. И те, кто стоял наверху на обгоревшей пароходной палубе. Каждый думал про свое, а горький смысл был один для всех: “Здесь обрывается Россия над морем черным и глухим”» (из стиха О. Мандельштама – Л.В.) Из Константинополя через Марсель переехал в Париж, где прожил все оставшиеся годы.

    Печатал фельетоны в газете П. Милюкова «Последние новости», сотрудничал с детским журналом «Зеленая палочка» (1920-1921), газетой «Свободная мысль», с журналами «Иллюстрированная Россия», «Сатирикон» (в 1931 – соредактор), альманахом «Сполохи», выпустил несколько сборников своих произведений.

    В 1920 году, в Париже, стал масоном. Прошёл посвящение в парижскую масонскую ложу «Космос» № 288 (ВЛФ). Умер 14 ноября 1957 года.

    В его сборниках стихов и прозы: «Дым без отечества» (1921), «Наша маленькая жизнь» (1927), «Смех в степи» (1927), «Накинув плащ. Лирические сатиры» (1928), «Нескучный сад» (1935), с разделами: «Новый Козьма Прутков», «Западный диван» или «Вечере на хуторе близ Булоньки»; «В те баснословные года» (1951), «Поезд на третьем пути» (1954) критики видят продолжение классической традиции русского юмора с его состраданием к «маленькому человеку», трансформацию этой темы «применительно к эмигрантскому зарубежью».

    Максим Горький считал Дон Аминадо «подлинным выразителем настроений эмиграции», определял: «человек неглупый, зоркий и даже способный чувствовать свое и окружающих негодяйство». Заметив «сильную лирическую струю в сатирических произведениях Дон-Аминадо», И.А. Бунин писал в 1927 году: «Дон-Аминадо гораздо больше своей популярности (особенно в стихах) и уже давно пора дать подобающее место его большому таланту – художественному, а не только газетному, злободневному».

    Но дело, очевидно, было не в том, чтобы «дать», а в том, мог ли, хотел ли он «взять». Это со свойственной ей проницательностью заметила Марина Цветаева. Из ее письма 31 мая 1938 года: «Милый Дон Аминадо, Мне совершенно необходимо Вам сказать, что Вы совершенно замечательный поэт. В одной вашей шутке больше лирической жилы, чем во всем “на серьезе”»; «у Вас просто – поэтическая сущность, сущность поэта, которой Вы пренебрегли»; «Вы – своим даром – роскошничаете…» Но – «Быт и шутка, Вас якобы губящие, – не спасают ли они Вас, обещая больше, чем Вы (в чистой лирике) могли бы сдержать? И – «чтобы стать поэтом, стать тем поэтом, который Вы есть, у Вас не хватило любви – к высшим ценностям; ненависти – к низшим». Цветаева отмечает, что «между Вами и поэтом: Вы, человек. Привычка к шутке, и привычка к чужой привычке (наклонная плоскость к газетному читателю) – и (наверное!) лень и величайшее (и добродушное) презрение ко всем и себе – а может быть, уж и чувство: поздно (т.е. та же лень: она, матушка!) Между Вами и поэтом – быт, Вы – в быту, не больше. Не самообольщайтесь: писать всерьез Вы не будете, но мне хочется, чтобы вы знали, что был все эти годы (уже скоро – десятилетия!) человек, который на вас радовался, а не смеялся, и вопреки всем Вашим стараниям – знал Вам цену. Рыбак рыбака видит издалека». В постскриптуме: «Вы каждой своей строкой взрываете эмиграцию! Вы ее самый жестокий (ибо бескорыстный – и добродушный) судья. Вся Ваша поэзия – самосуд: эмиграции над самой собой. Уверяю Вас, что (статьи Милюкова пройдут, а...) это – останется. Но мне-то, ненавидящей политику, ею – брезгующей, жалко, что вы пошли ей на потребу» (курсив автора – Л.В.)

    Замечено: «С годами желчная интонация первых эмигрантских сборников сменилась более мягкой, юмористической. Д.-А. призывал к бодрости и стойкости, советовал соплеменникам «не шляться с мордой освежеванного кролика».

    Помня стихи «Про белого бычка» (1920), познакомившись с книгой «Поезд на третьем пути», которую он писал в небольшом городке Иер, под Парижем, издал впервые в Нью-Йорке; частью из многих тысяч (!) ссылок в интернете, задались вопросом: «Кто Вы, Дон Аминадо?» Не торопясь соглашаться с мнением одного из авторов интернета: «Провидец, блин...»

    Привожу стихи полностью (по публикации в сб. Литература русского зарубежья, 1990, т.1., кн. 1, с. 251-252, несколько – несущественно! – отличающейся от интернетовской; курсив мой – Л.В.):

    Про белого бычка

    Мы будем каяться пятнадцать лет подряд,
    С остервенением. С упорным сладострастьем.
    Мы разведём такой чернильный яд
    И будем льстить с таким подобострастьем
    Державному Хозяину Земли
    Как говорит крылатое реченье,
    Что нас самих, распластанных в пыли,
    Стошнит и даже вырвет в заключенье...
    Мы станем: чистить, строить и тесать.
    И – сыпать рожь в прохладный зев амбаров.
    Славянской вязью вывески писать
    И вожделеть кипящих самоваров.
    Мы будем ненавидеть Кременчуг:
    За то, что в нём не собиралось вече.
    Нам станет чужд и неприятен юг
    За южные неправильные речи.
    Зато, какой-нибудь Валдай или Торжок
    Внушат немалые восторги драматургам.
    И умилит нас каждый пирожок
    В Клину, между Москвой и Петербургом.
    Так протекут и так пройдут года:
    Корявый зуб поддерживает пломба.
    Наступит мир. И только иногда
    Взорвётся освежающая бомба
    .

    Потом опять увязнет ноготок.
    И скучен станет самовар московский.
    И лихача, ватрушку и Восток
    Нежданно выбранит Димитрий Мережковский.
    Потом... О Господи, Ты только вездесущ
    И волен надо всем преображеньем!
    Но чую вновь от беловежских Пущ
    Пойдет начало с прежним продолженьем.

    И вдруг оси опишет новый круг
    История, бездарная, как бублик.
    И вновь на линии Вапнярка-Кременчуг
    Возникнет до семнадцати республик.
    И чьё-то право обрести в борьбе
    Конгресс Труда попробует в Одессе.

    – Тогда, О Господи, возьми меня к себе,
    Чтоб мне не быть на трудовом конгрессе!

    Конечно, поражает упоминание «беловежских Пущ», завершающие строки стиха (с использованием БУНДовского (БУНД – «Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве. Польше и России») лозунга: «В борьбе обретешь ты право свое»), особенно, если вспомнить слова Дон Аминадо: «Все возможно... Возможно и то, что грядущим поколениям даже и наша судьба покажется заманчивой. Ибо окажется, что мы присутствовали всего-навсего при конце капитализма, а их под конец социализма угораздило попасть». И стихи 1926 года: «Провижу день. Падут большевики, / Как падают прогнившие стропила. / Окажется, что конные полки / Есть просто историческая сила. / Окажется, что красную звезду / Срывают тем же способом корявым, / Как в девятьсот осьмнадцатом году / Штандарт с короной и орлом двуглавым...»

    И как не вспомнить «скучно» булгаковского Шполянского, заметив «освежающую бомбу» стихов Дон Аминадо?!

    А в его стихах «Жиронда» читаем: «А мы, бессильные помочь, / Копили желчь свою упрямо / И повторяли день и ночь: / Россия – яма, яма, яма. / Петлюра, гетман, дьявол, черт!.. » А в книге «Поезд на третьем пути»: «Бури. Дерзанья. Тревоги. / Смысла искать – не найти. / Чувство железной дороги... / Поезд на третьем пути». Третья сила, третий путь…

    Случайно ли М.А. Булгаков дал своему уникальному персонажу такую фамилию – Шполянский?

    Ну как же не воскликнуть вслед за Александром Сергеевичем: «Бывают странные сближения…»?!

    Интерес М.А. Шолохова к стихам Дон Аминадо, очевидно, связан с некоторыми созвучными образами. Так, в стихах «Очень просто» прозвучит у Дон Аминадо явно шолоховский образ: «Пахнут горечью травы полынные...»; в стихах «Писаная торба», вероятно, близкие Шолохову строки: «Когда на смерть уходит полк казацкий, / Могу ль хотеть, чтоб каждый на коне, / Припоминал, что думал Златовратский / О пользе просвещения в стране. / Есть критики: им нужно до зарезу, / Я говорю об этом, не смеясь, / Чтоб даже лошадь ржала Марсельезу, / В кавалерийскую атаку уносясь». Строка «Прах ненужных дневников» в стихах «Свершители» вызывает в памяти дневник и бессмысленную гибель студента Тимофея, обожателя Лизы Моховой («Тихий Дон»). Нет сомнений, что М.А. Шолохову близка эпиграмма Дон Аминадо: «Жизнь – игра калейдоскопа. / Смена света. Смена тьмы. / Там Россия. Тут Европа. / Тут палаты. Там умы». Так же, как и стихи «Старый Лондон пахнет ромом...», «Нет даже слова такого...», «Не уступить. Не сдаться. Не стерпеть...», многие другие. Очевидно, что Шолохов, как и Горький, Бунин, Цветаева и др., оценил его талант по достоинству.

    И заметил, в отличие от владельцев некоторых нынешних сайтов, очевидный сарказм Дон Аминадо по адресу «Талейранов из города Винницы» с их «холопским гневом», с их гордыней причастности, впадающей в фамильярность: «Не Троцкий Лев, а Троцкий Лева!»

    Мы знаем, что М.А. Шолохов «принимал революционные идеалы, но не принимал во многом практики революции, особенно в её троцкистском воплощении» (Ф.Ф. Кузнецов). Знаем и «национальную подоплеку травли» самого Шолохова (Н.И. Глушков). И – его прозорливость, мужественные попытки защитить русский народ, русскую культуру, предотвратить то, что пророчил Дон Аминадо. Увы…

    А – в заключение позвольте – о пути-дороге…

    Видный литературовед наших дней Петр Васильевич Палиевский сказал в интервью газете «Кубанские новости» («К понятию дороги», 26 сентября 1998 года): «…произошел слом, обвал на исторической дороге, которой шел народ. Со своими, конечно, причинами, но не без мощной поддержки извне». С открытым использованием «мировых денег», которые «действуют оттуда, где их успели больше нахватать, с неимоверной быстротой маневра, перебрасывая силы в нужный момент и место мгновенно, подавляя людей через своих носителей и адвокатов почище “сеанса черной магии”».

    А дорога-то – Правды, Справедливости, Совестливости, Любви, Единения – Соборности, блага – для всех.

    Этот слом, обвал, несомненно, готовился не один год. И вот – Беловежская пуща 1991-го: приговор СССР, гибель Союза, подлое и пошлое наступление «власти денег». Когда – «под ноги налаженной, изощренной в грабежах мировой денежной машине брошены миллионы давно отвыкших от ее ухищрений и обманов совершенно беззащитных людей». Но – «Вся русская культура была направлена на одоление силы денег: и Пушкин, и Гоголь с “Мертвыми душами”, и Толстой, и Достоевский, и Щедрин, и Некрасов, Островский, Чехов – кого не вспомнишь, не говоря уже о советских. Общество росло и строилось в этом направлении, создавая новые организации, отношения и людей. Допустить, чтобы человеком в его общественной и духовной жизни руководили законы рынка, значит сделать каждого, помимо его воли, по точному народному определению “продажная”, “продажный”, – со всеми вытекающими последствиями». Вести к тому, «что у всех на виду и есть. Принудительное падение человеческого уровня, сведение его к простейшим интересам и инстинктам, громадная индустрия по их поощрению и удовлетворению, т.е. обращение человека в цивилизованное животное. Чтобы удобнее пасти».

    «Все коварство денежного механизма в том, – подчеркивает П. Палиевский, – что за мелочным, “этикеточным” удовлетворением оно не слишком заметно, хотя ведет неотвратимо и круто вниз».

    Картина – «мрачная», но «лишь тогда, когда не видят дороги, или забыли о ней, или дали себя обмануть “сочувствующим” причитаниям, что ее не было и нет. На деле нет ничего интереснее и важнее, чем понимание хитросплетений зла. Понимание это бесконечно более для него опасно, чем желание, развернувшись, “дать ему в ухо” (это желание им прямо поощряется)». А потому – не «провокационно подсказанные» действия, а мужественный, неустанный труд по восстановлению Дороги и неиссякаемая Вера, завещанная праотцами: «Велико, знать, о Русь, твое значенье. / Мужайся, стой, крепись и одолей».

    Да будет так.

    Людмила ВЛАДИМИРОВА, канд. мед. наук, член Союза писателей России

    2005 – 2016, Одесса.









    Добавь ссылку в БЛОГ или отправь другу:  добавить ссылку в блог
     




    Добавление комментария
     
    Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищенной ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
    Введите два слова, показанных на изображении:*



    Голосование
     

    "Экономика всему голова"
    "Кадры решают все"
    "Идея, овладевшая массами..."
    "Все решится на полях сражений"
    "Кто рулит информацией, тот владеет миром"



    Показать все опросы

    Популярные новости
     
     
    Loading...
    Теги
     
    Великая Отечественная Война, Виктор Янукович, Владимир Путин, власть, выборы на Украине, геополитика, Евразийский Союз, евромайдан, Запад, информационная война, Иосиф Сталин, история, история России, киевская хунта, Крым, культура, либерализм, мировой финансовый кризис, народ, НАТО, нацизм, национализм, общество, Партия регионов, политика, Православие, революция, Россия, русские, Русский Мир, русский язык, Сергей Сокуров-Величко, соотечественники, СССР, США, Украина, украинский национализм, церковь, экономика

    Показать все теги
    Календарь
     
    «    Октябрь 2017    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     1
    2345678
    9101112131415
    16171819202122
    23242526272829
    3031 
    Наши друзья
     





    Google+
    Редакция может не разделять позицию авторов публикаций.
    При цитировании и использовании материалов сайта в интернете гиперссылка (hyperlink) {ss} на "Русский мир. Украина" (http://russmir.info) обязательна.
    Цитирование и использование материалов вне интернета разрешено только с письменного разрешения редакции.
    Главная страница   |   Контакты   |   Новое на сайте |  Регистрация  |  RSS

    COPYRIGHT © 2009-2017 RusMir.in.ua All Rights Reserved.
    {lb}
     
        Рейтинг@Mail.ru